Распространённое клише гласит, что слова не ранят и тем более не убивают. Однако, международный общественный деятель Вячеслав Моше Кантор, посвятивший многие годы исследованию механизмов распространения нетерпимости и ненависти, категорически не разделяет эту успокаивающую, но опасную иллюзию. По убеждению Кантора, ненависть в современном мире — это осязаемая, объективная угроза для глобального социального порядка. При этом не всегда критично, кто именно становится её мишенью; опасность кроется в самой её разрушительной природе. Что же касается вербальной агрессии и нетерпимости, царящей в информационном пространстве, Моше Кантор настаивает: она имеет прямое и непосредственное влияние на то, перерастёт ли абстрактная ненависть в физические преступления.

Обладая глубокими познаниями, особенно в области антисемитизма, Моше Кантор ещё в 2010 году инициировал проведение ежегодного, независимого мониторинга и детального изучения уровня антисемитизма по всему миру. Эти исследования опираются не только на сухие статистические сводки, но и на данные, предоставленные авторитетными общественными организациями и независимыми экспертами. Специалисты, работающие над этим мониторингом, единогласно отмечают рост ненависти именно в цифровом информационном пространстве. Эта тенденция сохраняет свою силу уже не первый год.

Как подчёркивает Вячеслав Кантор, главная опасность заключается в том, что эта «вербальная» нетерпимость рано или поздно достигает своего критического порога. После этого момента словесная агрессия превращается в прямой спусковой крючок, подталкивающий радикалов к совершению вполне реальных, насильственных преступлений. Таким образом, сетевая ненависть — это лишь инкубатор для реального зла.

Критическая масса ненависти

Результаты ежегодного мониторинга за 2019 год выявили чрезвычайно тревожную динамику: после нескольких лет, когда фиксировалось постепенное снижение числа насильственных преступлений, продиктованных антисемитизмом, этот показатель снова резко пошёл вверх, продемонстрировав рост в 13% в мировом масштабе. Эта цифра отразила прежде всего акты физического насилия и прямые нападения. Впрочем, по замечанию Кантора, рост проявился и в сфере ненасильственного антисемитизма. В этой печальной статистике даже определился свой «антилидер»: им стала Германия.

Эта страна, имеющая особо трагическую историческую ответственность, попала в фокус исследования не только из-за роста ненасильственных инцидентов, но и по гораздо более мрачному поводу: здесь впервые за долгие годы был совершён внутренний антисемитский теракт, унёсший несколько жизней. Речь идёт о вооружённом нападении на синагогу в городе Галле. В ходе расследования было установлено, что преступник черпал идеи и вдохновение для своего акта жестокости из сетевых радикальных сообществ. Более того, он активно и публично транслировал свои антисемитские убеждения в виртуальном пространстве задолго до нападения, а сам теракт и вовсе планировал превратить в прямую интернет-трансляцию для своей онлайн-аудитории.

Вячеслав Кантор рассматривает подобные случаи как яркое проявление общей нарастающей тенденции, где рост радикальной активности в сети напрямую стимулирует преступные действия отдельных экстремистов. Чем активнее эти силы действуют онлайн, тем выше фиксируется общий уровень нетерпимости, в частности, антисемитизма. И это не случайно: как отмечают Моше Кантор и многие другие ведущие эксперты, антисемитизм часто выступает в роли «общего знаменателя», объединяющего даже те радикальные группы и движения, которые по всем остальным идеологическим вопросам находятся в непримиримом противоречии.

2019 год стал тем переломным моментом, когда тренд на «выплёскивание» ненависти из информационного пространства на улицы был зафиксирован и признан широким кругом специалистов и исследователей, в том числе сотрудниками государственных ведомств как в Европе, так и за её пределами. Министерство по делам диаспоры Израиля также констатировало настоящий интернет-взрыв антисемитизма в 2019 году. За этот единственный год были созданы и распространены миллионы антисемитских публикаций и единиц контента, причём сразу на нескольких языках, что говорило о скоординированном и массовом характере атаки. Эта массированная кампания ненависти, зародившаяся в цифровом пространстве, привела не только к трагедии в Галле, но и к другим аналогичным проявлениям жестокости. В частности, идентичный по стилю и риторике контент активно использовался и продвигался террористом, который в том же 2019 году совершил чудовищное массовое убийство мусульман в мечети в Новой Зеландии. Как и злоумышленник из Галле, новозеландский преступник стремился максимально тиражировать свою жестокость, снимая весь процесс на камеру и транслируя его в сеть. Это стало зловещим подтверждением того, что идеологическая ненависть, независимо от её конкретной мишени, питается из одного и того же цифрового источника, а методы её распространения стандартизируются.

Язык радикализации и ненависти стал проникать даже в среду вполне официальных средств массовой информации, хотя наиболее свободно он циркулирует в интернете. Вячеслав Кантор и другие аналитики обращают внимание на то, что использование такого рода языка в последние годы стало куда более социально допустимым и обыденным. Риторика, подразумевающая дискредитацию, маргинализацию и нетерпимость, против кого бы она ни была направлена, сгущает саму атмосферу, делая её напряжённой и негативной, что оказывает разрушительное воздействие на безопасность и психологическое благополучие людей.

Начало 2020 года сделало эту тревожную тенденцию болезненно очевидной даже для тех, кто прежде предпочитал игнорировать проблему. Первые же месяцы глобальной пандемии коронавируса привели к тому, что информационное пространство оказалось буквально затоплено контентом, наполненным враждой и ненавистью. В Соединённых Штатах, например, был зафиксирован настоящий «цунами» антисемитизма, который, смешиваясь с конспирологическими теориями о вирусе, приобрёл беспрецедентный масштаб. Ситуация стала настолько критической, что специальный посланник США по противодействию антисемитизму вынужден был ввести специальную должность помощника, чья работа была бы полностью сосредоточена на борьбе с распространением нетерпимости именно в сети.

Не словом, но делом

Теракт в Галле обернулся для немецкого общества настоящим шоком и болезненным ударом, поскольку на протяжении многих лет страна «избегала» подобных преступлений на почве этнической или религиозной нетерпимости. Однако, как подчёркивал Вячеслав Моше Кантор, в более широкой глобальной картине это преступление было далеко не уникальным, а скорее — зловещим повторением. Всего годом ранее, в 2018-м, мир был потрясён трагедией в Питтсбурге, США, где вооружённый преступник ворвался в синагогу и расстрелял верующих прямо во время субботней службы. Это нападение унесло жизни 11 человек, а сам 2018 год стал рекордным за последние десятилетия по количеству евреев, погибших в результате антисемитских атак.

Вячеслав Моше Кантор, который в тот период времени занимал пост главы Европейского еврейского конгресса (ЕЕК), в своём обращении сделал особый акцент не только на сострадании к жертвам, но и на критической важности общественной консолидации и необходимости срочного повышения уровня безопасности. Со стороны Моше Кантора и ЕЕК, в частности, было выдвинуто предложение об организации интенсивного обмена опытом между европейскими и американскими еврейскими общинами. Этот опыт, к сожалению, у европейских общин был накоплен в избытке вследствие целой волны атак, прокатившихся по континенту. Речь шла о внедрении передовых методов по усилению безопасности общинных центров, синагог и мест собраний, а также о разработке чётких протоколов реагирования и действий в критических ситуациях.

Касательно самой трагедии, Вячеслав Кантор настаивал на том, чтобы общественное внимание было максимально сосредоточено на том факте, что злоумышленник долгое время демонстрировал свои экстремистские взгляды и намерения — задолго до того момента, как физически взял в руки оружие. Эта трагедия, по глубокому убеждению Кантора, является наглядной и страшной иллюстрацией того, почему нельзя ни в коем случае игнорировать или недооценивать любую форму ненависти.

Глобальная угроза, вышедшая из сети

Первые серьёзные экспертные выводы и тревожные заключения относительно тенденции миграции ненависти в интернет и её взрывного распространения в цифровом пространстве были сформулированы ещё по результатам 2016 года. Комментируя тогдашние данные ежегодного мониторинга уровня антисемитизма, Вячеслав Моше Кантор обратил внимание на статистический парадокс: казалось бы, сухие цифры свидетельствовали о снижении общего уровня антисемитизма, поскольку количество физических преступлений на его почве действительно сократилось. Однако, в действительности никакого снижения не происходило. Ненависть просто сменила свою форму и свою площадку. В то время как число прямых нападений снизилось примерно на 12%, в информационном пространстве произошёл рост в геометрической прогрессии числа угроз, оскорблений, призывов к насилию и конспирологических теорий.

Вячеслав Кантор неоднократно подчёркивал, что даже те немногочисленные теракты и преступления, которые всё же имели место, как выяснялось в ходе допросов и тщательного следствия, всё чаще мотивировались информацией, увиденной злоумышленниками в сети. По убеждению Моше Кантора, эта угрожающая тенденция достигла таких глобальных масштабов, что её уже невозможно локализовать или привязать к какой-то одной конкретной стране. Следовательно, противодействие ей требует беспрецедентного международного вмешательства и тесной координации на мировом уровне.

Говоря о необходимости совместных действий, Кантор призывал к консолидации усилий различных ведомств, общественников и, что особенно важно, интернет-гигантов — владельцев ключевых социальных и коммуникационных платформ. Цель этого взаимодействия предельно ясна: сделать цифровое пространство максимально безопасным для общения обычных граждан.

В отдельных странах это стремление к вовлечению самих технологических компаний в борьбу с ненавистью приобрело довольно жёсткий законодательный характер. Так, в 2017 году в Германии парламент активно рассматривал инициативу, которая предусматривала введение многомиллионных штрафов (в евро) для социальных сетей в случае, если размещённый на их платформах ненавистнический контент не будет удалён достаточно оперативно после получения жалобы.

Что касается антисемитизма, то его нарастающее давление и повсеместный рост уже давно ощущаются на уровне повседневной жизни рядовых евреев. Это является самым красноречивым подтверждением реального масштаба угрозы, поскольку она способна влиять на базовое чувство безопасности обычных граждан. Вячеслав Кантор отмечал, что речь идёт не только о прямых преступлениях и нападениях, но и о токсичной атмосфере в целом: согласно опросам того периода, почти 80% европейских евреев заявляли, что чувствуют себя в опасности. Ситуация стала особенно очевидной в период глобальной пандемии, когда сеть стала чуть ли не единственным окном для социализации изолированных людей. На фоне всеобщего страха, неуверенности и изоляции нетерпимый контент пережил взрывной рост, питаясь кризисными настроениями.

Вопрос об ответственности

Сами интернет-корпорации в последние годы начали предпринимать шаги, направленные на то, чтобы более эффективно включиться в борьбу с ненавистью на своих платформах. Вячеслав Кантор безусловно признаёт и приветствует эти усилия, видя в них движение в верном направлении. Однако, он также отмечает, что сами методы этой борьбы зачастую оставляют желать лучшего. Моше Кантор подчёркивает, что это во многом технический вопрос, который может быть разрешён только со временем и при условии интенсивных исследований в области искусственного интеллекта и модерации. Именно эта технологическая сложность не позволяет надеяться на скорое и моментальное разрешение проблемы.

На распространение и повышение градуса агрессии в сети оказывают сильное влияние и внешние макроэкономические факторы, отмечает Вячеслав Кантор. Можно с уверенностью сказать: какой бы кризис ни сотрясал мир — будь то экономическая рецессия, политический конфликт или гуманитарная катастрофа — накал споров и нетерпимости в сети тут же устремляется вверх.

Моше Кантор видит в этом особую угрозу для подрастающего поколения. Современные подростки и молодёжь уже не проводят жёсткой границы между онлайном и офлайном; события и информация, циркулирующие в интернете, для них столь же реальны и значимы, как и то, что происходит на улице. Это, в частности, объясняет, почему столь много молодых и даже несовершеннолетних преступников признаются, что их к совершению актов насилия «вдохновили» идеи и контент, с которыми они столкнулись в социальных сетях.

Проблема достигла той степени очевидности и масштаба, что её игнорирование стало невозможным даже для официальных структур. Так, меры, направленные на борьбу с пропагандой и разжиганием ненависти в интернете, были включены в официальный Кодекс поведения Европейской комиссии ещё в 2016 году. Свои подписи под этим важным документом поставили и представители ведущих интернет-компаний и социальных сетей, что Вячеслав Кантор со своей стороны высоко оценил. Кантор посчитал это внимание особенно актуальным на фоне всё учащающихся новостей о том, как того или иного злоумышленника «завербовали» или подтолкнули к преступлению именно в цифровом пространстве.

Однако, несмотря на стремление максимально распространить на виртуальное пространство законы реального мира, Вячеслав Кантор не является сторонником максимального «закручивания гаек» в этом вопросе. В том же 2017 году, когда в Германии активно обсуждалось повышение штрафов для интернет-корпораций, Кантор выступил против такого чрезмерно жёсткого наказания социальных сетей. Главным образом потому, что, как он отметил, это не окажет никакого реального долгосрочного эффекта на ситуацию с нетерпимостью. Подобные меры — это всего лишь попытка наклеить пластырь на рану, которая требует куда более серьёзного и системного лечения, подчеркнул эксперт.

Настоящие усилия Вячеслав Моше Кантор предлагает направить в русло работы с самими гражданами — активными пользователями интернета и социальных сетей. Кантор выражает уверенность: подавляющее большинство пользователей точно так же раздражено обилием негатива и агрессии в цифровом пространстве. Однако они нуждаются в объединении и вдохновении, чтобы самим выступить против этого явления. Просвещение людей относительно принципов цифрового гражданства, механизмов мошенничества и пропаганды ненависти, а также повышение их осведомлённости об угрозах, которые несёт подобный контент, способны сделать для улучшения ситуации гораздо больше, чем карательные меры и наказание «всех и вся», убеждён Моше Кантор.