Брянский волк — проводник пакистанца

В этом году в Брянской области при попытке нелегально пересечь российско-украинскую границу задержано более 80 иностранцев. Содержание каждого из них плюс депортация домой встает российскому бюджету в копеечку. Но бизнес, с которого кормятся и местные жители-проводники, и московские транзитники, процветает. В брянском СИЗО под следствием находятся несколько десятков нелегальных мигрантов из Пакистана, Афганистана и Шри-Ланки.

В камерах говорят по-пуштунски

…Массивные двойные двери еще не успели полностью открыться, как четверо обитателей камеры построились в узком проходе между двухъярусными кроватями. Один из заключенных на вполне сносном русском отрапортовал постовому о порядке в камере. В четырехместке — трое пакистанцев и один афганец. Афганец Ахмед Вали шесть лет прожил в Москве, где работал расклейщиком рекламы, поэтому неплохо знает русский язык. Рассказывает, что в последние месяцы объемы рекламного бизнеса резко сократились, и он лишился работы. В поисках счастья решил отправиться на Запад. До приграничного Климовского района Брянской области доехал на легковой машине. О том, как собирался перебраться через границу, предпочитает не рассказывать. Известно, однако, что переправкой нелегалов через границу занимаются местные жители, но группы формируются еще в Москве.

Ахмеда задержали месяц назад в километре от границы. Его соседей по камере взяли чуть раньше в составе группы из пятнадцати человек и тоже недалеко от российско-украинской границы. Задержать их помогла собака, взявшая след. Как это было рассказывает руководитель пресс-службы Пограничного управления по Брянской области Андрей Бакин: «Одетые не по погоде мужчины пытались развести костер на лесной поляне, они провели всю ночь в лесу и очень продрогли. Сопротивления не оказывали: шокированные внезапным появлением пограничников, упали на землю и сдались».

Приграничный тур

Еще две камеры, по шесть человек в каждой, заполнены пакистанцами. Ни один из них не понимает по-русски, поэтому в роли переводчика выступает афганец Ахмед. Иностранцы рассказывают, что в Россию прибыли по обычным туристическим визам, причем каждый сам по себе. В российской столице прожили нелегально около недели. Их практически не кормили и не разрешали выходить на улицу, и, наконец, на микроавтобусе привезли сюда. Направлялись же пакистанцы на заработки в Италию. По информации следствия, в приграничную зону их доставил 45-летний житель Стародубского района. Он арестован и ему предъявлено обвинение в пособничестве. Оперативники рассчитывают, что он поможет выйти и на остальных участников преступной группы.

Еще двоих афганцев выловили недавно в поезде «Москва-Одесса». Один из незаконных мигрантов прятался в верхней багажной нише купе проводников, второй — в верхнем люке нерабочего тамбура. За содействие в попытке незаконного пересечения границы задержан проводник поезда, житель Украины. Следом задержали десять пакистанцев, а с ними и троих брянских проводников. В отношении задержанных возбуждено уголовное дело по статье 322 УК РФ «Незаконное пересечение Государственной границы РФ, совершенное группой лиц по предварительному сговору или организованной группой».

Зима не греет

Они тяжело переносят тюремное заключение, но больше всего их пугает русская зима. За полтора месяца лишь однажды отважились на прогулку, но уже через десять минут запросились у конвоиров обратно в камеру. Вспоминая об этом, они до сих пор отчаянно изображают мороз, хватая себя кончиками пальцев за уши и нос. Непривычна нелегалам и наша еда, они считают ее недостаточно острой. Добавку просят, если на второе дают пшенную кашу или горох. Лишь один из них немного знает английский, через него и общаются сокамерники с сотрудниками СИЗО. Самое ходовое слово у них — «депортация». Пакистанцы очень скучают по родным местам, и не дождутся, когда их отправят домой.

Баланда — это не плов из баранины

В Брянском СИЗО шутят: пора на работу принимать выпускников иняза. За последние несколько лет через изолятор прошли индусы, китайцы, иракцы, сербы, пакистанцы, афганцы, сербы и даже один житель островного государства Шри-Ланка.

У каждого представителя этих стран — своя религия и культура, привычки и пристрастия в еде, свое представление о правилах поведения. Поэтому нередко возникают запутанные и даже комичные ситуации. Однажды в изолятор доставили индусов, и постовой после команды «отбой» заглянул в глазок их камеры. Каково же было его удивление, когда он никого не увидел на кроватях. Он вернулся в камеру, и увидели следующую картину: задержанные, прихватив матрасы, расположились на полу. Так весь срок и проспали. Но вели себя прилично, и если просили что-то, то вежливо, обязательно добавляя английское «плиз». Часто, собравшись вместе, пели национальные песни, а бывало, и плакали украдкой. Интересовались, нет ли в тушенке мяса священного для них животного — коровы?

Пакистанцы, исповедующие ислам, в свою очередь опасались, что в пищу попадет свинина. А китайцам поначалу не нравилась селедка. Спустя месяц-полтора все они перестали интересоваться происхождением мяса, уминали все что дают и даже просить добавки. Пакистанцы среди всех самые спокойные и чистоплотные. Выпросили как-то у администрации ручную машинку для стрижки волос и 2-3 дня развлекались тем, что делали друг другу модные прически. Обязательно молятся по несколько раз в день.

На проведение следствия и суд уходит обычно около трех-четырех месяцев. Приговаривают их к 6-9 месяцам колонии-поселения. После камеры поселение кажется вольницей — режим намного мягче, да и заняться есть чем. Трудолюбивые иностранцы с удовольствием выращивают на огородах колонии овощи, ухаживают за животными. Поначалу руководство колонии опасалось, что выходцы из Индии и Пакистана будут конфликтовать, но товарищи по несчастью, напротив, крепко сдружились в неволе. После окончания срока у нелегалов один путь — их депортируют обратно на родину. А благополучная Европа так и останется призрачной мечтой.