У них уже сложившийся творческий тандем. Один родился в Мордовии, в Саранске, дебютировал в школе в роли дочки мачехи в «Золушке» и даже получил за это приз. Но слава к нему пришла после увальня «Бомбы» в армейской комедии Романа Качанова «ДМБ». Второй окончил Театральное училище имени Щукина. Он актер, режиссер и продюсер. Станислав Дужников и Андрей Рапопорт рассказали о своих работах в антрепризе Михаила Козакова, о том, почему комедию играть тяжелее, чем трагедию, и сколько получает «слесарь восемнадцатого разряда».

Станислав Дужников поступил в «Щуку» с четвертого раза, в кино дебютировал еще будучи студентом, сыграв эпизодическую роль в комедии Алексея Сахарова «Барышня-крестьянка». После роли в «ДМБ» стал активно сниматься в кино. Он сыграл Мишу Доценко в сериале «Каменская», снялся в сериале «Марш Турецкого» и комедии «Теория запоя». Актерские работы Андрея Рапопорта — это роли в фильмах «Дело Сухово-Кобылина», «Тишина», «Бомжиха», сериал «Таксистка». На брянской сцене Дужников и Рапопорт играют в спектакле Михаила Козакова «Цветок смеющийся».

— Почему именно антреприза? Почему этот жанр сегодня столь популярен?

Станислав Дужников: А вы пойдете на какую-нибудь серьезную вещь? Людей ведь лучше радовать, чем грузить. Существует потребность зрителя в легком жанре, комедии. Высокоинтеллектуальные истории сегодня не особенно популярны.

— Так что, жить стало лучше, и народу просто хочется расслабиться?

С.Д.: Вот вы сидите перед телевизором. Что будете смотреть? «Дорожный патруль» или «Свадьбу в Малиновке»? Конечно, старую добрую комедию!

Андрей Рапопорт: Разницы между антрепризой и театром нет… Мы все театральные артисты.

С.Д.: Как нет? В зарплате!

— А что доходнее?

С.Д.: Антреприза, конечно!

— Расскажите о ваших героях в «Цветке смеющемся».

А.Р.: У меня роль Мориса. Он продюсер, спонсор главного героя, устраивает его театральную жизнь. Пьеса вообще, такая, на злобу дня.

С.Д.: Мой герой — Ролан Моул, самонадеянный, напыщенный, крайне эмоциональный, желающий все сразу, который пишет очень херовые пьесы, но при этом мнит себя гениальным драматургом. Но трогательный при этом. В спектакле есть и лирические, и смешные моменты. Пьеса очень хорошая. Жанр для зрителя легкий, приятный и смешной, но для артиста это тяжелая работа.

А.Р.: Да, комедию играть гораздо сложнее, чем серьезные драматические вещи. Но нам повезло, пьеса замечательная!

С.Д.: А режиссер какой!

А.Р.: Да, с Михал Михалычем работать — удовольствие.

— А с Ефимом Шифриным?

А.Р.: Он профессионал высшей пробы, великолепный артист.

С.Д.: И человек. У нас вообще компания хорошая.

— А Ефим Шифрин, по вашему мнению как его коллег по театральной сцене, больше театральный актер или эстрадный артист?

А.Р.: Почему он замечательный эстрадный артист? Потому что он очень хороший театральный актер!

— Буквально на днях была такая новость. Джон Малкович и Кевин Спейси собираются в Ялте делать международный проект — театр Чехова, будут играть русскую классику. На ваш взгляд, англичане и американцы потянут? Поймут эту загадочную русскую душу?

С.Д.: Ну а почему не поймут? У нас же в России проводят ибсеновские, допустим, вечера. Ставят американских писателей и драматургов. Джон Малкович — известнейший театральный артист. Кевин Спейси — тоже.

— Вам предлагают участвовать в модных телевизионных проектах?

А.Р.: Мне не предлагают, и слава богу. Я хорошо катался на коньках когда-то, если б не проблема с мениском (работал каскадером, была травма), я бы согласился. А вот метелить физиономии друг другу я бы отказался. Зачем бить друг другу лицо? Я вообще не люблю такие виды спорта. Вот коньки — очень красиво.

С.Д.: Помнишь, когда показывали соревнования, потом была произвольная программа… Улицы вымирали. После программы «Время», в 21.30… Так что эта история с коньками — очень хорошая.

А.Р.: Некоторые и «ДОМ-2» смотрят…

— А к Comedy Clab как относитесь?

А.Р.: Сказать глупость «Что это такое?». Слышал, конечно, но не видел ни одной программы.

С.Д.: Скажи, что ты Пашу Волю знаешь!

А.Р.: Да, видел на вручении премии MTV… Я люблю юмор Фимы — хороший интеллигентный юмор.

— Что сейчас репетируете?

С.Д.: Идут съемки сейчас. Фильм называется «Аннушка», снимает его Сергей Петрович Никоненко. История о восьмидесятых годах.

— В сериалах снимаетесь?

С.Д. Мы играем в больших фильмах. Как это раньше называлось? Многосерийный телевизионный художественный фильм, помните? Вот в них мы и снимаемся. (Смеется) 120 серий, например. Мне сейчас проще, я снимаюсь в шестнадцати сериях, но это тоже долго.

— Правда, что сериалы — это способ заработать деньги?

С.Д.: К сожалению, это правда. Абсолютная. В театре заработная плата составляет просто…

А.Р.: Не будем называть цифры…

С.Д.: А я скажу! (Смеется) Мы получаем четыре с половиной — пять тысяч рублей. Бывает и шесть. Это уже если повышается разряд, или если ты заслуженный артист. Как у слесаря…

А.Р.: Ага, слесарь восемнадцатого разряда. К сериалам можно по разному относиться. Но если ты раз отказался, два отказался, в третий раз уже не позовут, вылетишь из обоймы.

С.Д.: Есть 120 или 450 серий, которые качественные, люди это смотрят, им это нравится. Сериал «Каменская», например, снимался на пленку, как настоящее, полноценное, качественное кино. Опять же, вкусы меняются. Если будут по телевизору показывать фуфло, никто из нас его смотреть не будет. Вот и всё. Рынок требует качественного продукта. Из Европы, Америки приходят сериалы — «Lost» тот же. Взахлеб люди смотрят. Или «Герой». Следишь раскрыв рот. Вот за такое качество мы и будем бороться. Будем пытаться бороться.

Фото Павла Баранова.